Макс Rock-n-Roll: «КВН мёртв, а я — ещё нет» | Дарья Рыкова

Макс Rock-n-Roll: «КВН мёртв, а я — ещё нет»

Рубрики:
Интервью

Знакомьтесь – Максим Назаров (больше известный как Макс Rock-n-Roll), КВНщик, участник таких команд, как «Сборная УГСХА», «Миллениум», «Город мечты», «Вятка», музыкант, менеджер креативного пространства «Квартал». Интервью у «нового лица» одного из самых важных культурных мест Ульяновска взяла Ксения Княгинина. Макс откровенно рассказал о кухне КВН, поделился, каково это — быть фриком, и дал советы, как пережить успех и ненависть…

«Природа сделала всё, чтобы я был фриком. Посмотри на эти руки! Это руки огромного младенца. А ещё длиннющие ноги и выпученные глаза»

– На самом деле, всё началось в школе. Я был толстым забитым мальчиком, которого все щемили. На мне отрывались все хулиганы, чтобы самоутвердиться. Но я очень быстро понял одну истину — так как я толстый и неспортивный, не умею ни драться, ни бегать (смеётся), единственным способом избежать насилия может быть юмор. Во-первых, любую ситуацию ты можешь свести в шутку. Во-вторых, я заметил, когда над тобой издеваются, чаще всего хотят тебя высмеять. Но это перестаёт работать, когда ты начинаешь высмеивать себя сам. Ещё меня очень не любили девочки, и я думал: «Я неспортивный, я никакой, не могу связать двух слов. Что делать?». Мне казалось, что выход один – надо брать харизмой и юмором.

Уже в 2000-е, когда я поступил в институт (Макс закончил УГСХА — прим. ред.), решил что надо брать себя в руки. На факультете можно было оставить письмо в профком студентов, и я сразу написал: «Хочу в КВН». Я даже не знал, есть ли там команда, просто хотел в КВН. Когда готовились к конкурсу первокурсников, желающих выступать оказалось немного: как правило, очень небольшое количество людей не боится показаться смешными. Особенно среди парней. А я наступал на горло своей стеснительности, прекрасно понимая, что я абсолютный фрик. Природа сделала всё, чтобы я был фриком. Посмотри на эти руки! Это руки огромного младенца. А ещё длиннющие ноги, выпученные глаза. Природа не оставила мне шансов, поэтому я решил использовать то, что есть.

Уже потом, на «Студенческой весне», я получил приз за лучшую мужскую роль и до сих пор этим горжусь. Это была моя первая грамота, первая личная победа. Так всё и завертелось.

В 2000-е в Ульяновске было несколько лиг КВН: Высшая Симбирская, Техническая, Первая Симбирская, Открытая городская лига для школьников, и все они работали параллельно. В высшую Симбирскую лигу не всех брали. Если у вас плохая команда, то определяли в Техническую лигу, вы играли где-то на задворках УлГТУ. Потом вы попадаете в Первую Симбирскую, и уже оттуда лучшие команды попадают в Высшую Симбирскую лигу. Попасть туда было круто. Вплоть до того, что ректоры вузов боролись между собой и гордились, если их команда побеждала.

«КВН – это на самом деле тяжёлая работа. Ты сутками не спишь, не хватает времени ни на что, ни на учёбу, ни на личную жизнь»

— В каких командах ты играл в вузе?

— Самая первая, которую мы сколотили на факультете, называлась «Можно сразу». Название придумала Юлька Шемякина, моя однокурсница. Она не умела играть, не знала юмора, но хотела выступать на сцене. А я знал юмор, но мне не хватало уверенности. Она в меня её поселила, говорила: «Давай, ты должен, ты справишься, это клёво и смешно». А ещё у нас была внутривузовская лига КВН. Мы боролись за то, чтобы войти в команду вуза — «Сборную УГСХА». И когда мы набрались опыта, научились писать, нас подтянули в сборную. Сначала было прикольно, а потом – бешеный ритм. Причём добровольно-принудительный.  КВН – это на самом деле тяжёлая работа. Ты сутками не спишь, не хватает времени ни на что, ни на учёбу, ни на личную жизнь. В день по три часа ты пишешь шутки в период сезона, а часто больше.

Когда я попал в сборную, мы первый сезон сыгрывались. Нам не хватало денег, часто было нечего есть. Так как мы репетировали ночью, а в общагу не пускали после 23.00, мы спали в институтской «каптёрке» просто на полу, на каком-то вонючем тряпье, на старых костюмах. И так жили месяцами, годами.

При этом когда ты постоянно в «тренаже», пишешь, выдумываешь, репетируешь, у тебя мозг автоматически начинает выдавать шутки и сам рождает парадоксы. Кто-то произносит фразу, а мозг автоматически её выдаёт как забавный парадокс — даже против твоей воли.

Я возненавидел КВН уже к концу института за такую жизнь, я пожалел, что вообще туда пошёл. А уйти было нельзя, потому что, во-первых, я был центральным актёром команды и на мне многое держалось, а во-вторых, у нас были достаточно суровые руководители. Чтоб ты понимала, нас, случалось, по-настоящему били за проигрыш. Поэтому уйти было нельзя, а продолжать невозможно. Было очень тяжело, но это дало свои плоды – со «Сборной УГСХА» мы выиграли Симбирскую лигу дважды подряд. Ни одна из команд других вузов этого достижения не добивались за весь период существования КВН в Ульяновске.

«Человек в костюме огурца пришёл на праздник мёда» и другие шутки

— Можно поподробнее о том, как придумывать шутки?

— Любой юмор — это технология. Это теория шутки: методы того, как рассмешить человека, сродни алгебраической формуле. По классике обучения КВН, а это единственная сейчас школа юмора у нас в стране, есть два вида шуток: репризы и гэги. Репризы – это тексты, которые ты читаешь, и тебе становится смешно. Как анекдот. А гэг – это визуальный юмор: когда ты читаешь описание на бумаге, тебе не смешно, а когда видишь – смешно. Условно, тебе нужно написать короткую шутку. Например, «Мальчик с больной фантазией застрелился котлетой».

— Или мальчик с большими ушами сорвал похороны?

— Ну типа того. Ты пишешь «заход» в шутку: «Мальчик с большими ушами». И потом в ход идут 12 пунктов, как это развернуть. Любая шутка строится на парадоксе. Он может быть достижим разными путями. Каламбур — это либо созвучие слов («Чем дальше в лес, тем ближе вылез»), либо двойное значение слова. Каламбур – самый простой способ сделать шутку, но среди эстетов юмора самый, так скажем, «некомильфо». Это любые анекдоты про Штирлица. Типа «Штирлиц достал записку Мюллера. Мюллер орал, вырывался и изворачивался».

Ещё есть нарушение идиомы, инверсия – все эти термины входят в системологию, которую разработал Антон Титов. А он основывался на талмуде «Что такое КВН?» от редакторов высшей лиги Чивурина и Марфина. Он её переработал и сделал систему, по которой можно преподавать, обучать людей созданию юмора. Это мы (я говорю про тех, кто учился КВН у нас в городе в те времена) и называем «Теория шутки». Еще есть приём доведения до абсурда.

— Человек в костюме огурца пришёл на праздник мёда?

— Да. В шутке важна новизна умозаключения. Человеку смешно в двух случаях: парадокс, когда тебя обманули неожиданно, и новизна умозаключения, когда ты, как юморист, подумал над ситуацией так, как никто до этого не думал. Сейчас на этом основывается весь стендап. Вот тебе пример стендаповской шутки: «Вы когда-нибудь задумывались над тем, что вам ни разу в жизни не пригодилось слово «дециметр»? И это ново, ведь ты никогда об этом не задумывался. Ты вспомнил тут же, что да, есть такое слово, и да, оно тебе не пригодилось.

Как это происходит? Все шутки пишутся путём мозгового штурма. У вас несколько кругов. Обычно в круге не должно сидеть больше четырёх человек, если их пять, то один начинает лентяйничать. У каждого листочек, один пишет «заход», передаёт следующему. «Мальчик с большими ушами», передал, следующий думает: «Блин, так он же может сорвать похороны, это же смешно». Написал. Передал следующему.

Когда уже серьёзная команда, люди всё знают, не первый год этим занимаются, они, как правило, пишут готовые шутки. У каждого листочка — своя тема. Тема приходит, вы засекаете 15 минут. Пишите в абсолютной тишине, никто не отвлекается, всё выключено. И вот так проходит круг из 15-минуток, а потом всё зачитывается и «добивается» на ходу.

В гэгах всё зависит от артистичности самого человека. Здесь включается природный талант и богатое визуальное воображение автора. Кто-то умеет изображать Горбачёва, к примеру, он надел на себя женскую шляпу и изобразил Горбачёва-женщину.

— То есть ты так представляешь себе Горбачёва?

— Ну не знаю, я почему-то именно так в данный момент представил Горбачёва (смеётся). Актуальность – это очень важно. И за что я отдаю дань уважения КВНу, в отличие от того же западного стендапа, что там есть редактура. Опытные люди, которые в эфире скромно озвучивают баллы, на самом деле встраивают выступление команд, нещадно срезая все несмешное. И вас учат, что есть табу, учат не шутить ниже пояса. А ещё есть такое понятие как «пошлость», причём это не только шутки ниже пояса, но ещё и избитые и неактуальные темы. И когда из новичка ты вырастаешь до какого-то уровня, то ты сам не можешь шутить про какие-то человеческие уродства, трагические события. Есть, конечно, некий отдельный сегмент чёрного юмора, но даже он должен быть «вкусным».

— А как же мальчик с большими ушами?

— Но это же образный мальчик. Вот если бы я действительно встретил мальчика с большими ушами, я бы не стал так шутить при нём, понимаешь? А какой-то метафизический мальчик в голове у людей – это другое дело.

«Существует два вида команд: команды-единомышленники и команды-проекты. Первые – не для телека, вторые — исключительно для телека»

— Насколько важна в КВНе команда? Как люди должны подобраться, чтобы это приносило результат?

— Ты про какой сейчас КВН говоришь? Есть КВН – игра, а есть  КВН – телепередача. То, что работает в одной среде, не работает в другой.
В КВНе-игре, как правило, все команды – это сборище единомышленников, потому что не платят тебе, а платишь только ты. Вообще КВН – это очень дорогая игра, в которой ты платишь деньги, чтобы в неё поиграть. Одна игра в Высшей лиге обходится минимум в  500 тысяч рублей, если ты всё делаешь сам: ты просто стоишь на сцене и просто говоришь шутки. Средний чек на одну среднюю игру – миллион. Там и проживание, и проезд, и наёмные авторы, потому что в телике невозможно играть без наёмных авторов, ведь это настолько большой объём работы.

Поэтому существует два вида команд: команды-единомышленники и команды-проекты. Первые – не для телека. Ребята играют в КВН, потому что ими движет желание. Здесь никто не даст тебе денег, да и неоткуда их взять. Тебе готовы оплатить максимум проезд и проживание, еду ты сам покупаешь.  И там нет никаких авторов, реквизита, вы всё придумываете сами, сплачиваетесь, учитесь писать.

Команда-проект. Например, есть какой-то дядя, у которого много денег и он хочет потешить своё самолюбие, чтобы его имя сказал Масляков с Первого канала, и он говорит: «Ребята, у меня на сезон для вас есть 20 млн рублей, организуйте мне команду в Высшей лиге».

То есть, если ты не можешь играть в Высшей лиге за свой счёт, ты ищешь мецената?

— А ты в любом случае не сможешь играть на свои деньги. Таких богатых КВНщиков просто нет. Меценат — либо твой город, либо вуз, если это богатый вуз, например, МГИМО. Спонсора тебе может найти кто-то ещё. И чем больше кормушка, тем больше желающих в этом деле поучаствовать.

Когда-то давно Дима Бушуев играл за «Сборную Ульяновской области». Это был проект. Некие Братищев с Ерофеевым, подумали, как заработать бабла на КВНе, я буду прямо без цензуры говорить. Они тогда имели какой-то вес в управлении молодежной культуры города и получали деньги из бюджета. И решили они создать проект, чтобы и самим заработать, и власть нашу порадовать. Попросили они много денег, пообещав нашим властьимущим эфиры на телеке, организовали команду, привезли сюда Маслякова на концерт, чтобы он понял что бабки есть, команда платежеспособна, его другие не интересуют, и пригласили наёмников из «Вятки-автомат», они тогда играли в Премьерке. Вот оттуда зацепили нескольких авторов и актёров: Диму Бушуева, Артёма Гагару и ещё нескольких ребят. Ульяновские ребята стояли в задней линии, а на переднем плане были наёмники из Кирова. Им платили деньги, Братищев с Ерофеевым пилили остальные деньги, а ребята с задней линейки не получали ничего.

«На показ барину утверждаются лучшие команды, остальным присуждают рейтинг, который является проходом в те или иные лиги КВН. Барин решает, кто будет в «Вышке», кто в «Премьерке»

Как ты попал в «Миллениум»?

— К тому моменту, как я выпустился из универа, в 2010 году, «Миллениум» уже был в Премьер-лиге. Они дошли до финала, но обидно проиграли. И Дима Шипатов, капитан и создатель команды, подумал, что надо что-то менять, и со всего города собрал ребят, которые на тот момент самыми яркими персонажами в своих командах. Это был я из УГСХА, Саша Каширский из «Сборной учителей», Илья Валов из УлГПУ…

«Миллениум» переформатировали, мы поехали в Сочи и с треском провалились там. Мне кажется, это случилось по той причине, что Дима пересобрал команду, а ему надо было выкатывать тот же «Миллениум», только смешнее. Из Премьер-лиги ушла одна команда, а на фестиваль в Сочи приехала другая. Васильич смотрит на нас, я смотрю на него, и вижу, как он в блокноте проводит длинную черту, и тут я всё понял.

Вообще КВН – это система лиг, как в футболе.  Они делятся на межрегиональные, региональные, центральные и 4 высшие: Первая, Премьер, Высшая и Международная.  Сначала все команды и редакторы всех лиг съезжаются на фестиваль в Сочи.

Фестиваль проходит в два этапа. В первом команды нон-стопом смотрят все редактора, и примерно 70 лучших команд они отдают на показ Александру Васильевичу, это уже второй тур. Очень многие КВНщики за глаза называют его «барин». На показ барину утверждаются лучшие команды, остальным присуждают рейтинг, который является проходом в те или иные лиги КВН. Барин решает, кто будет в «Вышке», кто в «Премьерке». А фестиваль в Сочи, на котором якобы жюри во главе с Васильичем решает, кто пройдет, кто нет, – это фарс! Барин уже давно всё решил сам. И до сих пор, кто бы что ни думал, а я это говорю всем, кто читает интервью, в КВНе всё решают два человека – Александр Масляков и Константин Эрнст.

Даже если редактура ржёт, им всё понравилось, а Маслякову не понравилось – весь материал улетает в трубу. Надо сказать, что когда Масляков был помоложе, с чувством юмора у него было всё нормально, и редактировал команды он с умом. Но сейчас уже старость берёт своё, отчасти поэтому, я считаю, КВН и умер.

— А как тебя взяли в «Вятку»?

— После провала «Миллениума», нас осталось всего трое: я, Дима и Каширский. Те, кому нечего было терять – ни семьи, ни работы, только энтузиазм. Мы пошли опять в центральную лигу КВН «Поволжье», там дошли до финала, потом приехали в Сочи, там опять не получилось. Остальные ребята окончательно решили завязать, и тут к Диме в Сочи подходит Бушуев из Кирова, с которым они были знакомы по «Сборной Ульяновской области» и у которого на тот момент организовалась команда «Вятка». Бушуев говорит, мол, мы прошли в Вышку, нам нужны авторы, которые будут с нами писать. Дима говорит: хорошо, но я один не поеду. Потому что когда ты работаешь наёмным автором за деньги, с тебя требуют определённого качества и работоспособности. И, конечно, увереннее ехать вдвоём. Мы поехали в Москву и работали в «Вятке» за деньги, были наёмными авторами. Дима попал на сцену, а я получил несколько эфиров, потому что я фрик. И когда нужен был фрик или не хватало людей, я выходил. В остальном, по большей части, я был автором.

— Что было самым сложным в выступлении на телевидении?

— Большая ответственность. Когда мы приехали в Москву, нас никто не встретил, просто скинули адрес. А квартира оказалась прямо напротив Белого дома. Представляешь, мы поднимаемся, я захожу в квартиру, а там сидят авторские группы, именитые КВНщики, такие люди! Я попал в рай. Не хотелось ударить в грязь лицом, ведь тебя сюда пригласили, тебе платят деньги, люди считают, что ты достоин. И вот на таких нервяках я писал. Я стеснялся при этих людях читать свои шутки.  А Дима прошёл Премьер-лигу и не стеснялся, он, если даже не смешно, умеет шутки «вдавливать» в зал, поэтому наши шутки читал он. Но было смешно, зря мы волновались. Я отыграл с «Вяткой» три игры, на четвёртую поехал один Дима. В середине сезона у команды закончились деньги, они решили отказаться от некоторых авторов и оставить самое ядро. А Дима уже был на сцене, был заявлен как Генерал Лень, от него отказаться не могли… Кстати, я тебе могу рассказать про наркотики в КВНе. Они есть. Точнее встречаются.

— То есть шутки пишутся не всегда в бодром, трезвом уме?

— Я скажу так, если кто-то использует наркотики, то, как правило, он шутки пишет не с их помощью, а вопреки. Они мешают. Но есть настолько талантливые люди, которые, несмотря на опьянение, могут выдавать хорошие вещи.

«Я потратил на КВН 15 лет своей жизни. Он мне не дал ничего материального, только харизму и способности»

— Когда начался спад твоего интереса к КВНу?

— Корни были подточены ещё в вузе. Я возненавидел КВН за то, сколько времени он у меня забрал. Попав на телек, ты понимаешь, как всё устроено. Что все это – бизнес, что ты ничего не получаешь за столько лет своих трудов и денег, кроме пары старых видео на YouTube, ты как-то перегораешь. Можно попытать счастья в продакшнах и на киностудиях, но КВНщиков много, а киностудий мало.

Я до сих пор двояко оцениваю потраченное мной на КВН время. В минуты самобичевания я думаю, что ненавижу КВН, потому что он у меня забрал очень много лет и ничего не дал взамен. Он мне дал только умение говорить, шутить. Всё. Если бы не было КВНа в моей жизни, то у меня возможно была бы специальность, семья, состоятельность. На самом деле я понимаю, что это не вина КВНа, а вина увлечённости и неумения сказать «хватит». Иными словами, моя. Но человек всегда хочет на что-нибудь свалить свои промахи.

Я потратил на КВН почти 15 лет своей жизни.  Он мне не дал ничего материального, только харизму и способности, которые просто делают из меня интересного человека. Вообще я интроверт, но умело притворяюсь экстравертом. Я был асоциальным человеком всю школу, и КВН помог мне социализироваться.

Но не было такого момента, когда я выходил на сцену без страха. Мандраж такой, что внутри сводит желудок. Но после многих часов непрерывных репетиций тело само всё помнит. И это каждый раз такой шаг через себя. Ты говоришь себе: я могу, я этим занимаюсь много лет, я профессионал. И этот шаг из-за кулис – это шаг на горло своим комплексам и страхам.

— А сейчас у тебя осталась потребность выступать?

— Осталась. Стоит отдать КВНу должное, это эйфория. Я могу сравнить… Я лишился девственности достаточно поздно по современным меркам. Не скажу, что я этого не хотел. До этого все меня стебали, ты лошара… И конечно, у меня было своё представление о сексе, мне казалось, что это вау! Однажды это случилось. Знаешь, какая у меня была первая мысль? «И всё?» Я-то думал, что содрогнутся горы, полетят пони, вострубят ангелы… И у меня в голове пронеслось как минимум десять вещей, которые намного приятнее, чем секс. Один из образов, который появился у меня тогда — ты стоишь на сцене в эйфории, и тебе рукоплещет зал.

Фото: Вера Абрамова

«Я — грустный клоун»

— Расскажи, как ты увлёкся музыкой.

— Когда я поступил в универ и заселился в общагу, у нас были тренинги на сплочение, там я и познакомился с одним парнем, который стал моим лучшим другом, а потом — с его братом. Зовут их Олег и Вадим, они были активистами в вузе, а ещё каратистами и спортсменами. И они, как и я, слушали рок-музыку! То есть представляешь: каратисты, активисты, рокеры. И при том, они очень образованные люди. Я с детства мечтал научиться играть на гитаре, но считал, что это трудно. А у ребят было две гитары, и как-то Вадим силком начал учить меня играть. Это перевернуло мой мир, и когда у меня стало получаться, сломались последние барьеры, я понял, чем хотел бы заниматься в жизни.

— Музыкой?

— Конечно. Я грезил, что когда-нибудь стану рок-звездой, поэтому КВН ушёл из моей души и уступил место музыке. Но из КВНа тогда нельзя было уйти по ряду причин. Теперь, когда КВН закончился, я начал заниматься любимым делом. Я пишу музыку, сейчас готовлю альбом. Я с раннего детства писал стихи, но однажды, когда я их перечитал, то сжёг тетрадку (смеётся). Во время учёбы в вузе я много писал, я написал стихи, за которые до сих пор не стыдно. И одно из них красуется на заборе в «Квартале». Я пишу отдельно стихи и музыку. Сижу, перебираю струны, и если мотив меня зацепил, я запоминаю и домысливаю.

— Теперь ты отчасти музыкант, значит, желание выступать на публике осталось?

— Стоит отдать КВНу должное, выступление – это эйфория. Я думал, что всё это блажь, но когда ты стоишь на сцене и тебе рукоплещет весь зал, конкретно вот тебе, в эти пять секунд ты чувствуешь себя сверхчеловеком. Ты чувствуешь любовь этих людей. Ты ее ощущаешь кожей. Тысяча человек аплодируют только тебе, ты – их предмет обожания в этот момент. И когда это чувство тебя наполняет – это непередаваемое ощущение, гораздо лучше, чем секс, чем какие-то наркотики. Хотя это и есть самый настоящий наркотик. Тебя распирает от счастья, энергетика тебя переполняет.

…Юмор над собой – это, как правило, защита, это путь наименьшего сопротивления. Грустные клоуны – вот истинная правда. Он про себя всё знает, понимает, как шутить, его всю жизнь подкалывали. Ему нужно обернуть это в юмор. Я не люблю такие шутки. Я знаю, как это на самом деле тяжело, понимаю, почему они шутят об этом и это часто бывает смешно. Но на самом деле такой юмор основан на боли. Моя любимая фраза: «В каждой шутке есть только доля шутки».

— Ты тоже грустный клоун?

— Да, я – грустный клоун.

Стихи Макса на заборе креативного пространства «Квартал» (проект каллиграфа Юрия Вольфовича)

Фото из аккаунтов Макса Назарова в соцсетях

Дорогие читатели, друзья! Вы можете поддержать дальнейшее развитие сайта, переведя любую доступную вам сумму с вашей банковской карты или из кошелька Яндекс.Деньги (для выбора способа перевода нажмите соответствующую кнопку рядом с полем "Сумма"). Комиссия не взимается! Все поступившие деньги будут направлены на то, чтобы сделать контент сайта ещё более интересным и разнообразным.

Комментарии: