«Можно пробовать всё что угодно, но всё равно это будем мы», — Лидия «Старуха» Баёва

Привет, это Камалеев, и недавно я поговорил с вокалисткой и (со)автором песен группы «Старуха». Лидия Баёва — очень интересный и непростой в хорошем смысле собеседник. Хрупкая внешне и сильная характером девушка порой загоняла меня в тупик своими саркастичными ответами на, казалось, ироничные вопросы. Особенно интересно в этом общении то, что Лида говорит обычным девичьим голосом, а поёт (ну или орёт) в песнях с таким хрипом, что этот диссонанс восприятия долго не отпускает. Тем не менее, мне кажется, мы подружились, как могут подружиться двое людей, которые со всей страстью отдаются своим увлечениям в музыке, литературе, исследовании нового.

— А если я тебе скажу, что мне очень не нравится одна песня «Старухи»?
— Мне тоже иногда не нравятся наши песни, всё зависит от настроения. Никто не может быть идеальным.

Так начался наш диалог. «Старуха» — трэш-метал-группа из Архангельска. Чисто стилистически это нечто типа Metallica, даже логотип с узнаваемыми вылетами в первой и последней буквах. Но по содержанию, по смыслу, по текстам — вообще не так. Лида и её группа исследуют местный фольклор, пытаются осознать особенный северный дух, носителями которого являются, заигрывают со своеобразной русской мистикой — там и Баба Яга с неповторимым колоритом, и неведомые обитателям средней полосы морозные чудища, и особые состояния сознания, когда недалеко от тебя суровое море и северное сияние.

Про Русский Север

— Что такое быть северянином? Чем житель Русского Севера отличается от жителей других регионов страны?

— Это вопрос, на который я пытаюсь ответить всю свою жизнь. Есть с чем сравнить: я жила в Норвегии, в Харькове, в Петербурге, в Москве, в Калининграде. И меня всегда тянуло обратно, сюда, в своё болото. Понимаешь, я родилась в Архангельске, с детства есть осознание, что это уже практически край земли. То есть, вот — Белое море и дальше ворота в Арктику. Мы сидим здесь, на этом краю, ножки свесили: «Ну всё, это уже край, но надо же как-то жить, давайте ходить друг к другу в гости». У нас часто бывает так, что люди не закрывают двери в квартиру. Есть такое село в области, Лешуконское называется (село в Архангельской области с населением 3550 человек — прим. ред). Там люди, когда из дома уходят, просто ставят рядом с дверью веник или палку какую-нибудь, это значит, что их нет, а дверь при этом на замок не закрыта.

— А это значит, что к ним можно зайти, когда их нет?

— Нет, наоборот. Это показывает, что их нет, и заходить не надо. Это трудно объяснить, понимаю. Это какое-то внутреннее смирение. У нас всегда холодно, здесь холодно, там холодно, поэтому давайте греться друг о друга, чтобы было веселее, приятнее. Да, всё вокруг плохо, но мы унывать не будем, потому что мы вместе. Это очень открытые люди, которые готовы всем делиться друг с другом: «У меня есть то, что тебе нужно, так возьми, и можешь не отдавать».

— У тебя, у твоей семьи, у Вадима (муж Лидии и сооснователь группы «Старуха») не было желания переехать всё же куда-то?

— Я понимаю, что в Петербурге, например, или в Москве гораздо больше возможностей. Но меня, как уже говорила, всегда тянет назад, домой. Это внутренняя связь с родиной, я не могу её объяснить. Когда я здесь, я успокаиваюсь.

С чего всё начиналось

Я узнал про группу «Старуха» примерно весной 2025 года, а появилась она чуть раньше, в 2024-м. Интересуюсь, с чего всё началось, потому что Лида и раньше занималась музыкой, и её муж Вадим Баёв довольно известен в металлическом мире по группе «Якорь». «Старуха» же быстро залетела в разнообразные плейлисты музыкальных сервисов, собрала фан-базу, а теперь и вполне себе гастролирует по столицам. Лидия очень просто объясняет, что всё дело в любви, даже страсти. Настолько всё серьёзно случилось, что готова была переехать в Онегу к Вадиму, за 200 километров от Архангельска.

— Он занимается музыкой, я занимаюсь музыкой. У меня есть группа Fish it!, там я играю на басу и пою, мы делаем что-то вроде тяжёлого рок-н-ролла, в стиле Motorhead. Вадим хотел играть что-то побыстрее, чем в «Якоре», я хотела делать что-то потяжелее. На том и сошлись. Отношения зашли настолько далеко, что я переехала в Онегу.

— Вывод сделаем такой, что это был не сознательный проект, а вспышка чувств?

— Видимо, так. И получилось то, что получилось.

Ещё Лидия рассказывает о том, что у неё и Вадима одна из любимых групп — «Гробовая доска», коллектив, тоже играющий в стиле трэш-метал. «Старуха» уже не в первый раз будет участвовать в гиге, который организован этой группой. 10 апреля в Москве — билеты здесь.

— Не боишься, что вы со временем станете заложниками одного стиля? У вас же явная стилизация под самые известные образцы жанра, эдакий развесёлый трэш, ну и немного абсурда. А если вам захочется играть что-то более тяжёлое или, наоборот, мелодичное, романтичное? Что тогда? Закроете проект и начнёте что-то новое?

— Если честно, я думаю, что в «Старуху» впишется всё, что угодно. То есть, если меняемся мы, то меняется и «Старуха». Своё внутреннее обмануть сложно. Если тебя прёт, то не нужно писать «в стол», надо доносить до аудитории.

— Заниматься музыкой — дело дорогое. Особенно в вашем жанре, когда важна техническая составляющая, аппаратура, инструменты, репетиции, запись. «Старуха» приносит деньги? Или это такой убыточный проект ради реализации амбиций?

— Да, приносит какие-то деньги. Большого плюса нет, но не убыток. Примерно сколько вложили, столько и получили. Бухгалтерию точную мы не ведём, мы же не «Руки вверх». Но «Старуха» не то чтобы прибыльная, а, скажем так, инвестиционно привлекательная группа. С претензией на будущее. Хотелось бы, конечно, чтобы это всё выгорело в результате в какие-то деньги, чтобы уже не вкладываться из кошельков своих семей, много уходит на аппаратуру, конечно, поездки. Но мы же не с нуля стартанули, уже был опыт, поэтому кое-какая база была. Хотя, конечно, нужно было вложиться в рекламу, в запись. Сложный момент.

— Ваш лейбл как участвует в продвижении группы?

— Лейбл — это же не просто про разместить песню в интернете. Там и реклама, и попадание в плейлисты. У меня не распухает голова от того, что ещё и этим заниматься надо. Конечно, это очень облегчает жизнь. С концертами сложнее, это не совсем их задача.

— А если лейбл скажет что-то вроде про новые песни: «Не, ребята, вот это говно мы выпускать не будем, переделывайте», то что?

— Я думаю, такого не будет. Единственное, за чем они следят — это какая-то нынешняя цензура, что запрещено по законам. Это недопустимо, то нельзя. Мы относимся с пониманием.

Про филфак, фольклор и ведьм

— Ты закончила филфак, верно? Судя по текстам «Старухи», это было какое-то фольклорное отделение. Оттуда же ведьмы, мистика, всё такое.

— Вообще-то, по первому образованию я физик. Филология — это уже магистратура была. Так вот получилось. Магистратура была про франко-русские отношения. Определённая направленность, без сказок.

— Откуда тогда эти сюжеты песен?

— Ой, не знаю, ветром с болот надуло (смеётся). Вот живу тут, оттуда и нашёптывают. Но вообще, мне кажется, роль сказки в жизни русского человека очень велика. С детства их впитываем. Всем же читали. Мне отец читал на ночь перед сном. Хотя половину из них я не любила. Например, «Курочка Ряба». Отвратительно же. Но в Архангельске всё пропитано этим, сказочное место. Сказки Степана Писахова (русский писатель, этнограф, сказочник и художник, преподаватель живописи, известный историями из жизни поморов — прим. ред.), другие поморские сказания, мне это очень нравится. Я увлекаюсь, можно сказать, поэтому и тексты песен такие, но далеко не эксперт по этому вопросу.

— В песнях «Старухи» ещё часто есть цитаты-сэмплы из советских фильмов. Почему? Зачем? Кто это придумал?

— Ну, лучик творческой энергии как-то раз влетел через открытую форточку студии и Вадик, облучившись, вспомнил кусок из фильма, нашёл, вставил, очнулся. То есть, это не специально, это в потоке, в моменте и в ресурсе, соответственно. Мне нравятся эти вставки, дополнительное раскрытие песни. Где-то они серьёзность убирают, что мне тоже нравится. Но не все наши задумки удалось выпустить, авторские права — дело сейчас серьёзное, поэтому что-то не разрешили.

Про взмах ноги, шорты и трусы

— У тебя на концертах есть такая фишка — в какой-то момент ты взмахиваешь левой ногой чуть ли не до потолка. Так делают, кстати, Кортни Лав или Аврил Лавин. Это ты у них скопировала?

— Да? Они так делают тоже? Надо будет глянуть. Не, это чисто эмоциональное. У меня же в руках бас-гитара часто, а попрыгать, побеситься хочется. Ну а свободные только ноги в этот момент, поэтому так.

— Чисто технически интересно: публика в этой ситуации видит ВСЁ или ты как-то прикрываешь — шорты, колготки, поролоновые трусы?

— Всё прилично (смеётся), всё прикрыто, схвачено, захвачено…

Что? Где? Когда?

Честно, не знаю, смотрит ли Лида одноимённую ТВ-передачу, но на эти три вопроса я отвечу за неё. В ближайшее время «Старуху» можно будет увидеть и послушать живьём в столицах. 9 апреля — в Санкт-Петербурге совместно с группой Toxic Bleat в клубе «Ласточка».

А 10 апреля всех желающих приглашаем посмотреть, как Камалеев и Баёва впервые увидятся лично и будут обниматься при живых жене и муже 😉 Клуб Eclipse, совместный концерт «Старухи» и группы «Гробовая доска».